Блоги > Андрей Свириденко, президент компании SPIRIT

Отечественный софт: в тени исполинских секвой

об авторе

Андрей Свириденко — президент и основатель группы компаний SPIRIT. Специализация SPIRIT — разработка и лицензирование высокотехнологичных программных продуктов для цифровой обработки сигнала, передачи речи, аудио, видео и данных по IP-сетям, мультимедиа и спутниковой навигации.

На днях, 23.12.2009, президент Медведев провел в Кремле заседание Госсовета, совмещенное с Советом по развитию информационного общества, где в частности сказал, что те чиновники, которые не пользуются интернетом и компьютером в своей ежедневной работе, не соответствуют занимаемой должности. Весьма сильное заявление для российской бюрократии.

Я пойду дальше: если государство не начнет систематически поддерживать российских производителей софта, Россия не сможет избавиться от информационной и технологической зависимости, в которую мы попали в последние 20 лет. А ведь информация — это власть, и чем дальше, тем больше.

Наше государство тратит огромные средства на закупку дорогостоящих, закрытых зарубежных программных продуктов. Однако, согласно исследованию WEF Global Information Technology Report 08-09, уровень использования технологий в бизнес-процессах в России вдвое ниже, чем в развитых экономиках мира: мы находимся на 42-м месте из 70 возможных. А ведь в современном индустриальном обществе от качества информационно-технологического развития напрямую зависит и степень экономического роста. Если все будет и дальше развивать такими темпами, то будущее представляется безрадостным.

Прогнозы это, увы, пока подтверждают. По данным ведущей европейской аналитической группы Economist Intelligence Unit, к 2025 году население России сократится до 126 млн. человек, а ВВП сырьевой экономики увеличится лишь на 50% и достигнет уровня Индонезии. При этом ВВП других развивающихся стран покажет совершенно иную динамику: например ВВП Китая увеличится в 2,5 раза, Индии – в 3,5 раза (http://www.expert.ru/images/maps/5465/546505.gif). И это при существенно больших абсолютных цифрах ВВП в долларах, чем у нас. То есть в России не работает даже эффект низкой базы для роста. Давно ли, к слову, Индия была отсталой аграрной страной, которой помогал СССР? А ведь это государство сделало ставку на экспорт ИКТ всего 15 лет назад.

Я убежден, что такой печальный прогноз отчасти вызван тем, что индустрия программных продуктов у нас не получает системной поддержки от властей. Еще на первом заседании Совета по развитию информационного общества президент Медведев говорил о массовом внедрении инноваций и о том, что нужно наконец начинать реально строить «экономику знаний». Могу сказать, что в сфере программного обеспечения этот процесс без государственного протекционизма попросту невозможен. Ведь нашим компаниям приходится бороться с многомиллиардными иностранными монополиями. Хочу сразу оговориться, что протекционизм, о котором говорю я, заключается не в запретительном ограждении российского рынка от иностранных программных продуктов, а в создании равных условий, в подготовке российских производителей софта к глобальной конкуренции. Причем речь идет о российских программных продуктах, которые уже проверены временем и индустрией, с которыми не стыдно выйти на мировой рынок.

Если у читателя есть иллюзии относительно принципов свободной торговли, которые декларируют развитые страны, то я напомню, что, например, США, перестали ограничивать импорт высокими таможенными барьерами только после Второй мировой войны, когда потенциальные конкуренты были уже повержены. И это логично: в бизнесе, как и на войне, кто лучше вооружен, тот и побеждает в прямой конкуренции. Инновационные прорывы стоят все дороже и дороже, и миллиарды надо вкладывать заранее. Говоря образно, тот, кто раньше занял высоту, ведет по наступающим снизу обстрел из пулемета из укрепления и с хорошим обзором. И для того, чтобы сместить его с этой высоты, требуется троекратное превосходство в силе. Это закон прямого противостояния. Возвращаясь к ИКТ и России: стоимость тиражирования программных продуктов равна нулю, и производитель-монополист может опустить цены до того же нуля без убытков для себя – чтобы захватить новые рынки и уничтожить местных конкурентов. А когда рынок захвачен, то легко снова поднять цены и заработать сверхприбыли. Это отличает рынок программных продуктов от многих других.

Пока наши производители софта слабы даже у себя на Родине. Но сейчас мы не в том положении, чтобы позволять иностранным производителям делить наш национальный государственный рынок по своему усмотрению. Наше правительство должно твердо отстаивать интересы отечественных производителей, которые уже доказали, что создают конкурентоспособный продукт. По этому пути пошли власти Китая. В 1999 году китайское правительство сделало «заказ» на создание национальной программной платформы Red Flag Linux. Разработка была осуществлена в кратчайшие сроки институтом программного обеспечения Китайской Академии Наук — на средства китайской государственной венчурной компании. В июне 2000 года была образована компания Red Flag Software, которой отошли все права на продукт. Так в Китае появилась собственная платформа, в которой в качестве прикладного ПО были использованы местные программные продукты. Интерес властей состоял в том, чтобы оснастить государственные структуры, армию своим ПО — и эта задача была решена быстро и эффективно. В 2000 году государственным органам Китайской республики было напрямую предписано деинсталлировать Windows 2000 с их компьютеров и установить дистрибутив Red Flag Linux. А в 2001 году был выпущен офисный пакет Chinese 2000, содержащий функции ворд-процессора, электронных таблиц и «деловой» графики, который полностью заменил MS Office по функционалу. Сейчас Red Flag Linux установлен практически на всех предприятиях и государственных организациях Китая, включая систему образования, промышленность, почту, транспорт, СМИ, телекомы, страховые компании, фабрики, финансовые учреждения. При этом национальные производители софта получили отличный импульс развития.

Наше правительство и индустрия сейчас тоже обсуждают перспективы создания Российской Программной платформы — на базе ОС Linux и уже готовых программных продуктов российского производства и СПО. Недавно я участвовал в заседании Президиума Совета по развитию информационного общества, который в Кремле проводил глава администрации Президента РФ Нарышкин, и получил возможность предложить нашим госчиновникам практичный способ развития конкуренции на внутреннем рынке ПО. В Кремле я говорил о том, что сейчас у государства есть отличный шанс поддержать российских разработчиков софта и разрушить монопольное положение американцев, которые уже заняли высоты на нашем рынке, окопались и установили пулеметы. Пока крупнейший отечественный клиент — государство — предпочитает покупать иностранный софт, при том, что, в отличие от автомобильной индустрии, у нас есть свой конкурентный софт. Поэтому нужно создать конкурентные условия для всех производителей, реализовав программу поддержки российских разработчиков. Наше правительство может обязать государственные компании делать закупки преимущественно отечественных (проверенных временем и индустрией, то есть конкурентоспособных, а не всех подряд) программных продуктов. А потом можно пригласить на заседание президентской комиссии по модернизации экономики директоров госкомпаний и спросить, как они планируют использовать отечественный софт, который входит в число 5 приоритетов Медведева по модернизации экономики. Иностранный софт, как правило, дороже, и при его закупках откаты коррумпированным чиновникам выше. Покупая отечественное ПО, госкомпании и бюджетные деньги сэкономят, и с коррупцией поборются. Эти простые меры смогут не только снизить бюджетные расходы, но и поддержат наших производителей, помогут им создавать больше конкурентных продуктов. Это и есть нормальный, разумный, патриотичный протекционизм. Закрепившись на внутреннем рынке, получив здесь доходы, российские производители смогут эффективнее действовать и на международном.

Подобные программы ограниченного и разумного протекционизма уже успешно опробованы в разных странах, в том числе в Израиле, Китае и Бразилии и даже в США. Один из пунктов плана спасения американской экономики Барака Обамы в кризис гласил «Покупайте американское». Речь в нем о том, что в отдельных видах строительных работ, финансируемых из бюджета, могут быть использованы только сталь и промышленные товары, произведенные в США. Все логично: свободный рынок хорош только для сильных компаний, для однозначных лидеров и монополистов, которым он просто помогает сохранить статус-кво по законам экономики и маркетинговой войны. А молодые и слабые побеги инноваций государству надо защищать, пока они не окрепнут, иначе эти нежные растения никогда не вырастут, а быстро зачахнут в тени стометровых, многолетних американских софтверных секвой.

Другие публикации автора